«Рекс»
Щенком у меня на глазах подрастал,
Здоровая, рыжая псина.
Я помню, как в детстве с тобою играл
И бегал тайком к магазину,
Чтоб косточку или конфетку купить,
Побаловать друга родного.
В глаза я смотрел и не мог уж прожить
Ни дня без тебя, дорогого.
Собака моя, мой любимейший пёс,
Умнее животных не видел.
Он всё понимал, и мне радость он нёс,
А я его взял и обидел.
По осени к деду увёл до зимы.
Чтоб он не мешал мне учиться.
С тоскою я видел красивые сны,
И снова хотел с ним носиться
По травам зелёным, в берёзах родных,
Кричать ему: « Рекс, догоняй же!» -
И чувствовать преданность глаз тех шальных,
Проснувшись, сказав, сон не май же.
Каникулы зимние долго я ждал,
Но всё же они наступили.
В авоську снедья я для Рекса набрал.
Шагал на свиданье к «Миссии».
До дедова дома дойдя, побежал,
Споткнувшись, упал на пороге.
И радостно, громко от счастья кричал:
- Рекс!!! Вот твой хозяин убогий.
Но Рекс почему-то меня не встречал.
Я к деду бежать поскорее,
Дед молча обнял, на руках покачал,
И тот поцелуй был нежнее.
- Дедуля любимый, куда делся Рекс?
А дед мне ответил: – На печке.
На печку на русскую с ужасом лез,
Себе освещая путь свечкой.
Там шапку увидел и вдруг зарыдал,
И понял, что друг мой на небе.
Я рыжую шапку руками обнял
И был в истерическом гневе.
Потом мне бабуля сказала: - Внучок,
Собака твоя загрустила.
И вот я попался на жизни крючок.
И крикнул: -Где Рекса могила?
…Каникулы эти я все прохворал,
И с грустью смотрел я на шапку.
Потом я полгода ещё вспоминал
Про Рекса и жизни обманку.
Мораль: мы теряем порою друзей
По глупости и по забвенью.
Предательство, подлость и я, дуралей.
Что жизнь не сберёг, к сожаленью.
Весной, когда синицы пели,
Родился Ветер в колыбели.
Прекрасное и резвое дитя
Игралось, весело шаля.
Ручонками погладить все пытаясь,
Ребенок стал ходить. стараясь.
Он шелестел травой, и теребил цветы.
Любил пересчитать на дереве листы.
Цветы ценили шаловливое дитя,
А Ветер дул на них,
По-детски их любя.
Он в воздухе любил парить,
Как мыльный пузырек,
Стараясь выучить по биологии урок.
И с каждым часом
Ветерок взрослее был.
В нем пробуждался юношеский пыл.
Стать мастером – художником
Мечтал он каждый раз,
Чтобы творить из туч шедевры,
Как художник – ас.
Он возмужал,
Когда явилось Лето,
В цветах, принцессой разодето.
Стал ветер скульптором – художником
У Лета.
Он начал рисовать на небе
Разные сюжеты.
Из облаков он выдувал,
Как стеклодув, портреты.
Но забывал их вставить
В золото багетов.
И перья облаков,
Как на хвосте павлина,
Все разукрашивал в ажурной паутине.
Ну вот, он и волшебник стал,
Небесный маг.
Он может чудо сотворить,
Лишь только сделав шаг.
Он осенью,
Когда все золотом покрылось,
Устроил всем в лесу метель из листьев,
Чтобы природа веселилась.
И с листьями кружился
В желтом вальсе,
Пока лес без листвы остался.
С приходом зимней стужи
Герой наш философствовал,
«Кому теперь я нужен?»
Но тут, через туман морозный
Вдруг засветило Солнце,
Пустив свой луч
Сквозь облачко – оконце.
И Ветер Солнцу показал
Свои уменья.
Он стал дуть из всех сил,
Вложив старанье и терпенье.
Теперь снежинки вились
Над землею,
Как мошки утром
Летнею порою.
Все здесь покрылось серебром,
И падал снег,
Играя с Ветерком.
Деревья, поле, речка – все в снегу.
Нарисовал из льдинок Ветер
Радугу – дугу.
«Все для тебя!!!» -
Сказал он Солнцу.
«Я старался…
Ты посмотри кругом ….
Мой замысел удался».
…от пепла не отмыть моих сандалий,
в них въелся погребальный пепел сей,
мы все сожгли, чего с собой не взяли:
я смог, не Агамемнон — Одиссей!
замешивая краски для героя,
война сама рисует полотно,
все десять лет, не выходя из боя,
я не искал посмертной славы, но
свой меч отер от крови лишь у трона,
запятнанного подлостью владык,
у ног моих все злато Илиона:
смотри, Итака — я всего достиг!
одну тебя на неприступной суше
в душе своей лелея и храня,
я наконец-то выдумал «коня»,
которым эти стены и разрушил…
за пышностью одежд не спрятать шрамы,
их больше, чем обычно у царей,
хвала богам, я им воздвигну храмы
богаче предыдущих и щедрей…
полны ли к возвращению амбары?
достаточно ли тучные быки?
готовы ли итакские нектары
рекою течь, царице вопреки?
моя царица… сладость поцелуя,
грядущего, была мне меч и щит,
несметная добыча, что везу я,
меня и оправдает, и простит…
обратный путь — и уже океаны
становятся, на берег — не смотри,
смотри вперед, зализывая раны,
особенно — которые внутри…
домой — домой! — пока я сердцем молод,
удача задержалась и весьма…
победа!.. за кормою тьма и холод.
победа!.. за плечами — кровь и тьма...
приведя под стены Трои двенадцать кораблей, Одиссей вернулся домой победителем:
пешком, без кораблей и команды — через двадцать лет…
судьба героя?
проклятие победителя?
Века промчались в дымке грусти,
Кто повторит тебя, Поэт?
Стихов полёт над светлой Русью,
Твой незабвенный силуэт…
Неповторимые мгновенья
Уловит ухо и душа!
Ты вновь, в любом стихотвореньи,
Звучишь! Музыка хороша!..
Года минуют и столетья,
Но вечный памятник – гранит
Души твоей не свергнут ветры,
Твой слог давно вошёл в зенит!
Что слава? Пыль? Но жаждет слово
Пролиться в памяти людской!
Твоей поэзии основа
Царит в губернии Псковской…
Звучит Михайловского лира!
Тригорское, внимая, льёт
Всему бушующему миру
Твой стих! И мир, чаруясь, пьёт…
Фонтанка помнит и Коломна,
И Святогорский монастырь
Твой лик – душа парит нескромно,
Минуя парки и мосты…
Являло ль Небо звёзды выше
Твоей – нетленной и живой?!!
Я голос жизни снова слышу
Над царскосельскою главой!
Июня близится волненье,
Пронзая ветрами покой...
И снова "чудное мгновенье"
Коснётся нас твоей рукой...
06.06.2012
Портрет Серова Валентина Александровича
"Пушкин Александр Сергеевич (на скамейке, 1899)"
Моему другу С.Х., отъезжавшему на Запад в 90-х годах
Так наливай!
Не философствуй, не мути…
Все просто в сложном, если разобраться:
Уезжающим - счастливого пути,
Остающимся - счастливо оставаться!
От себя мы лечим свой же дух больной,
Кто трудами, кто отъездом в зарубежье.
Спор меж нами - безнадежный и пустой,
Поиск крайних - безысходно-неизбежен.
Нет ни правых, ни виновных среди нас...
И хотя в глазах тоска, а в сердце полночь,
Скажем тем, кому в дорогу - в добрый час!
А кому опять за дело, тем - Бог в помощь!
Посошок! И ради бога не грусти!
Будем в снах друг к другу без звонка являться.
Выпьем, чтоб на нашем жизненном пути,
Уезжающим
и остающимся
встречаться!
Под южным небом. Ночью. Танцевала.
А я смотрел, не отрывая глаз.
И жизнь свою готов прожить сначала,
Лишь быть в её объятьях только раз!
Быть может, я горяч и молод, да и глуп наверно,
Но ничего с собой поделать не могу.
Ведь понимаю, станет утром скверно –
Я много выпил и себе я лгу.
И лгу себе, что сказочно красива,
Что будем вместе, если захочу.
Но пролетает в танце та игриво,
И мимо, мимо я неё лечу!
Вот песня кончилась, огни давно погасли.
Но сзади слышу каблуков тех стук.
Как сердца стук... И звон тех слов прекрасных:
«А танец для тебя был, милый друг".
В ту ночь был пьян, горяч. И глуп наверно.
Но, право же, поверьте мне хоть раз!
Наутро стало мне отнюдь не скверно,
Я был ведь с ней!.. Я помню и сейчас.
Скорее нет, не помню – вспоминаю,
И после много знал я женщин и подруг.
Но ТА лишь в танце мимо пролетает,
И каблуков ТЕХ снова слышу стук.
