Перейти на главную страницу

Менюшка
Меню портала




 

Дружественные сайты

_____________________________

»

Анонимные источники
анонируют, скорбя.
Президенты одиночники
в страхе ходят под себя.

Клин не клином выбивается,
а гармонией клинов,
но торговцы смертью маются
тем, что лезет из штанов.

Время тикает взрывателем:
нужен мудрый кукловод.
Бог сидит над лунным кратером
и грустит, и водку пьёт.






http://stihi.ru/2014/07/02/2099

растворяюсь в тебе, словно сахар на завтрак в чае,
мысли рассредоточились. им бы по стойке - смирно!
не могу надышаться тобой, как сиренью в мае,
только эта услуга уже не из нашей фирмы.

ты молчишь, а меня изнутри режет крик на части!
одиночество душит! наверное, скоро погибну...
каждый день в этот розовый цвет мир спешу разукрасить,
но опять /по привычке/ куда - нибудь снова да влипну.

задаюсь монологом: "зачем ты меня отпускаешь?"
если мой кислород пахнет только твоим парфюмом.
я, наверно, сошла с ума.. ну да что ж - бывает.
но ночами порой не хватает родного шума...

ты хотел посмотреть как я буду потом.. без тебя,
приходи посмотреть. когда хочешь. в любое время.
а я буду себя приучать, что теперь я одна,
но на всякий пожарный забуду закрыть на ночь двери.

3. 06. 2014
Мария Бурцева

"Loc-Dog - Я на тебе помешан"






http://stihi.ru/2014/06/04/4265

                                          С.Л.

   Так страстно, озорно хохочешь,
   Любовью так раскалена,
   Что опасаюсь – защекочешь,
   Пообрываешь стремена.

   И, отказавшись от подачки
   Едва прогретых батарей,
   Ударимся в такие скачки,
   Что обок – полосы огней.

   И перелёт единым духом,
   И запылавшая стерня,
   И жаркий сап над нежным ухом,
   И в чёрной гриве пятерня.

   Слюну проглотит кот-женатик,
   И, в пустоте ночной скользя,
   Улитки скрученных Галактик
   Пораз-вора-чива-ются!

   И очумелое пространство
   Рванётся в бездну из-под ног…
   Любимая! Как ты прекрасна!
   Вчера и помечтать не мог!

   12.02.2013г






http://stihi.ru/2014/06/27/2968

Снежный лист весь пробит крапом стонущий дыр,
над которыми время не властно.
Ты за мной не ходи. Я не тот поводырь,
за которым идти безопасно.

На дорогах моих жёлтый жемчуг зубов
вперемешку с гранатовым снегом
вязкой жижей течёт по артериям снов,
пресекая попытки побега.

Я - размытое Зло обращённое в ил,
отравивший лазурные воды.
Убегай от меня. Убегай, что есть сил,
от своей убегая природы.

Я - туманное Зло пеплом ставшее в миг.
Пеплом, почву в садах погубившим.
Убегай от меня. Убегай, слыша крик
своих ангелов, Свет отлюбивших.

Убегай же скорей! Понимаешь, я - Зло.
И со мной находиться опасно.
Только я не пойму, как тебя занесло
в те края, где не может быть ясно?..


02 февраля 2014 г.






http://stihi.ru/2014/02/02/5454

А в рифму писать не очень и сложно,
Коли владеешь своим языком,
Но мысль передать почти невозможно,
Тому, кто пока с тобой не знаком.

Иногда грущу, почему -не знаю,
А он с утра весел, хорошего ждет,
Я о прошлом сейчас вспоминаю,
А он настоящим сегодня живет.

Ему интересны новости в мире,
Меня же тревожат скука и боль,
Я знать не хочу, как мочат в сортире,
Видеть убийства, злодейства и...ноль.

И ноль посещений, и ноль рецензий,
Впрочем не суть, это было давно,
Теперь же хочу, чтоб неизвестный,
Чуть-чуть приоткрыл мне имя свое.

Он ведь не прост! Но хотя бы читает,
Очень внимательно нас иногда,
И очень надеюсь, что понимает,
Но только Как? Для Чего? И всегда?

Мы пишем стихи, на Сайт выставляем,
Впрочем, они не нужны никому,
Мы эту мысль для себя принимаем,,
И все еще пишем! Но почему?

И вдруг замираем! Нас уже знают!
Кому то близки эти мысли, слова,
Наши стихи с интересом читают,
Так хочется верить! Хоть иногда!

Многие авторы баллы считают,
И занимаются этим всерьез,
Чужие стихи вообще не читают,
А пробегают небрежно и вскользь.

Не можем смириться с потерей близких,
Кажется боль не уйдет Никогда,
Но вдруг встречаем такую отписку,
"Желаю здоровья им на года".

Зачем же так непосильно трудиться,
Натужно писать свой отклик-плевок,
А чтоб наверху опять появиться,
Только на время! Еще на часок!

А кто-то считает себя ПОЭТОМ,
Учит других, как надо писать,
Глагольные рифмы режет при этом,
Мне, к сожаленью, их не понять.

Коль ты ПОЭТ! Твое гордое ИМЯ!
Узнает страна, но дай только срок!
Терпи, за тобою талант и сила!
А мы...не встанем тебе поперек.

Давно написала -" Я -канарейка!",
Эти стихи -хороший пример,
Есть у меня графомана скамейка,
С нее отчетливо виден барьер!

А клоны! Так это даже прекрасно!
Что любят они и помнят о нас,
Я испугалась сначала! Напрасно!
Они безопасны...как сжиженный газ.

Мы ведь не рвемся к заоблачной выси,
Хоть и немного умеем летать,
Главное все же в стихах -это мысли,
Если их нет, то нигде не достать.

Правда на Сайте случается ДРУЖБА,
Стихи для нас повод поговорить,
Сказать про беду, помочь, если нужно,
И вместе с друзьями, попросту, ЖИТЬ!!!

Главное верить! Стихи писать надо!
Просто писать для себя самого,
И не бросать! Они будут наградой!
Согреют всегда, как хлеб и вино.






http://stihi.ru/2014/07/02/1767

МОСКВА, 2 июл — РИА Новости. Генпрокуратура РФ, проводившая по запросу депутата Госдумы Андрея Лугового проверку "Яндекса", пришла к заключению, что крупнейший российский интернет-поисковик соответствует законодательству — ему не нужно регистрироваться как СМИ, со ссылкой на источник, близкий к администрации президента.

В середине мая стало известно, что депутат от ЛДПР Андрей Луговой обратился к генпрокурору Юрию Чайке с просьбой проверить деятельность компании "Яндекс": по мнению депутата, компания, публикуя материалы новостного и аналитического содержания, должна соблюдать правила, установленные для СМИ.

"История закрыта, прокуратура дала ответ на поступившее ей ранее письмо, в котором констатирует, что деятельность "Яндекса" полностью соответствует законодательству",- сообщает газета со ссылкой на источник.

"Яндекс" — российская международная ИТ-компания, владеющая одноименной системой поиска в сети и интернет-порталом. Поисковая система "Яндекс" является одной из крупнейших в мире по количеству обработанных запросов.

На медиафоруме ОНФ 24 апреля президент РФ Владимир Путин, отвечая на вопрос блогера о "двойственности" "Яндекса" (поисковик или СМИ), сказал, что с "Яндексом" "не так всё просто". Путин тогда отметил, что вопрос о том, что именно признавать СМИ, в правительстве и в администрации президента обсуждается, в том числе и с общественностью.

Компания, со своей стороны, заявляла, что на главной странице "Яндекса" показываются заголовки только из самых авторитетных СМИ, имеющих российскую лицензию.

Я стою на причале Енисея-реки,
О круизном начале
          известили гудки.
Словно мощная птица -
          белоснежный корабль.
Солнце в водах резвится,
          а река зовёт вдаль:
Берега где на диво
          и широкий простор,
Где пороги шумливо
          свой "ведут разговор".
Вышло время стоянки,
          убран трап. Над рекой
Зазвучал марш "Славянки"
          над притихшей толпой.
Впереди много милей,
          пожелаем стократ
Им "Семь футов под килем",
          возвращенья назад.

2014 год






http://stihi.ru/2014/07/02/1808

Ночь... Рукопись и свет настольной лампы...
Потоком мыслей дерзостных влеком,
в глухой тиши, богам почти что равный,
я оживляю образы пером...
Мои герои, двигаясь бесшумно,
подходят заглянуть через плечо,
узнать, как изменились круто судьбы,
и чей настал черёд уйти в Ничто...
Ночь... Рукопись и свет настольной лампы...
Я тщусь продлить над образами власть...
А там, вверху, при свете звёздной рампы,
Творец Театра посмеется всласть.


* * *


В заброшенном саду, залитом лунным светом,
кустарники стоят в мерцающих цветах,
витает запах роз там, в сумраке нагретом,
и лёгок ветерок в клонящихся ветвях...
В заброшенном саду, заросшею тропинкой,
задумчиво брожу средь старых, добрых лип,
сама себе кажусь ничтожною пылинкой –
так звёздный небосвод тревожаще велик.
В заброшенном саду приходит озаренье.
Несу себя легко. Мне страшно утерять
рождающихся строк чуть слышимое пенье,
и трепет хрупких слов, чтоб чувства передать.
В заброшенном саду становится все тише,
умолкли крики птиц, а воздух слишком свеж...
Но, уходя, стихи, (дарованные свыше?),
я захвачу с собой, и донесу до всех.


* * *


Скорей бы ночь! В ночи воспоминанья,
Вдруг оживая, вновь к себе манят.
Днём по-другому. Днём – иная я.
Ночь открывает тайны подсознанья.

Одна в тиши, в спокойствии молчанья,
Я становлюсь собой, стихотворя,
Позабывая все невзгоды дня.
И на душе легко и беспечально.

Мой верный друг, бумаги белый лист
(По-детски любознателен и чист),
Шуршит нетерпеливо в ожиданье.

Схватив перо, как живописец кисть,
Решаюсь подарить сонету жизнь.
Я слышу ночь... Грядущих слов звучанье.


* * *
 

Хороводится, как водится,
вьюга,
застя окоём...
Полюбилась мне бессонница –
время
думать о своём.
Отдалённый голос звонницы
зазвучит
на пять октав,
позабытое припомнится –
донесу,
не расплескав.
Отточив слова, чтоб врезались
в равнодушные
сердца,
выверну изнанкой дерзко я
жизнь –
до донца. До конца.


* * *


Ночь. Тревожит каждый шорох...
Что таится в складках шторы?
Кто шуршит за книжной полкой?
Дышит кто за дверью тонкой?
Отчего так сердце бьётся,
будто птица в клетке рвётся
на свободу, к небосводу,
в высь, невиданную сроду?
За окном мороз всё крепче,
ветер деревце калечит,
а метелью неуёмной
заметает дворик тёмный...
Охватила плечи туго,
усмирила дрожь с натугой.
Слышу – воздух полон слов,
музыкой иных миров.
Торопясь привлечь, приветить,
мысленно бросаю сети,
как заправский рыболов...

Незавиден мой улов.


* * *


Я пресекаю лень свою сурово,
но отчего так часто не готова
услышать голос, шепчущий в ночи,
и отчего, взыскуя снова, снова,
я мучаюсь от пустоты улова,
не находя единственного слова,
что, наконец, без фальши прозвучит?


* * *


Стихи мои всегда из музыки
и чуточку – из тишины,
той, что таясь в вечернем сумраке,
ждёт появления луны.
Едва гармония нарушена –
пронзает боль, острей ножа...
Стихи мои – моя отдушина,
а, может, попросту – душа.


* * *


Больше стало тишины,
нет в душе огня, как прежде,
всё мрачней мои одежды
и всё призрачней надежда
на пришествие весны...
Злей, бесчувственнее ночь,
гонит Музу чем попало,
будто нищенку с вокзала,
здесь слезами не помочь...

Неужели всё сказала?


* * *


Исчезнет музыка. Ни звука...
Как будто враз лишилась слуха.
Ты поспешишь за ней туда,
где стынет тёмная вода
реки медлительной, где споро
снуёт челнок, что без обола
подхватит, понесёт волна –
и грешная душа – вольна...

Но берега ещё туманны,
и ты всё ждёшь небесной манны,
и тень твоя ещё длинна...
Пока души сокрыты раны,
не время для видений странных,
пусть музыка едва слышна.



2008 – 2014гг






http://stihi.ru/2013/08/27/3274

МОСКВА, 2 июл — РИА Новости. Полиция Гонконга задержала 511 участников демонстрации за демократизацию выборов в регионе, сообщает в среду агентство .

Ранее агентство .

В шествии, согласно данным его организаторов, приняли участие более 510 тысяч человек. Полиция приводит более скромные цифры — 98,6 тысячи.

В полиции заявили, что протестующие организовали сидячую забастовку. Полицейские сообщили, что демонстранты были арестованы за несанкционированное собрание и за то, что они препятствовали работе служителей порядка.

В 1848 году Гонконг был захвачен Великобританией и оставался долгое время британской колонией, пока в 1997 году Пекин не вернул себе регион, провозгласив принцип "Одна страна — две системы", по которому Гонконгу была предоставлена широкая автономия. Однако спустя 17 лет в Гонконге находится немало недовольных пребыванием региона в составе Китая.

Организаторы демонстрации заявили, что в ней участвовали 510 тысяч человек и подчеркнули, что шествие протеста в этом году стало самым масштабным с 1997 года. По данным полиции, в митинге приняли участие 98,6 тысячи человек. Исследователи Гонконгского университета оценивают количество участников от 154 тысяч до 172000.

Как заявил один из организаторов шествия Джонсон Юнг (Johnson Yeung), активисты вновь выйдут на улицы, если КНР не ответит на требования жителей Гонконга о проведении прямых всеобщих выборов в 2017 году.

                                                
                                      (Из записей Марка Неснова)

Мой отец никогда не занимался моим воспитанием.
По-моему он даже не знал, в каком классе я учусь.
И всё же, если я чему-то в жизни научился и что-то понял, то это, безусловно,  благодаря моему отцу, фронтовику-инвалиду.

В нашем послевоенном дворе стояло пять каменных корпусов с двадцатью комнатами в каждом, где жили семьи рабочих кораблестроительного завода.
В каждой комнате была печь, которая зимой согревала и была местом для приготовления еды.
Зимой печь была центром жизни любой семьи.

К осени рабочим на заводе выдавали талоны на уголь за небольшую плату,
а подвозка и погрузка уже было делом самих потребителей.

Но, как и всё у нас в стране, реализация своих законных прав и была основной головной болью советского человека.

Люди ночевали на угольном складе неделями, ожидая, когда прибудет, обещанный начальством, вагон с углём, который, почему-то, все с уважением называли «пульман».

Вначале нужно было захватить одну из выделенных машин, которых, конечно же, на всех не хватало.
Потом нужно было договориться со звеном женщин-грузчиц, которые огромными лопатами грузили этот уголь в самосвалы.

У отца на такие подвиги не хватало ни нервов, ни здоровья, поэтому углём всегда занималась мама, что было для неё поводом рассказывать знакомым всю  зиму о совершённых ею подвигах.

Может быть её подвиги были бы ещё более драматичными и героическими, если бы не наша соседка Люба, которая работала грузчицей на этом самом складе.

Люба была тридцатилетняя русоволосая женщина с изуродованными войной руками и добрым, молчаливым характером.

Всю войну она проработала прачкой у самой передовой.
С войны она привезла изуродованные спец. мылом руки,  дочку Тасю и медаль «За боевые заслуги», которыми, по рассказам знающих людей, распорядился наградить всех вольнонаёмных прачек сам Сталин.

По словам соседок, кто Тасин отец, Люба не знала, потому что «жалела» многих солдат, которые уходили на смерть.
Всех их ей было жалко, о чём она рассказывала соседкам, когда ей случалось, по простоте душевной, с ними иногда откровенничать.

Хотя грузчицам необходимо было приплачивать за их каторжный труд, с жильцов нашего коридора денег Люба никогда не брала.
А если её товарки возмущались и уходили, то она грузила сама, но платить никому из соседей не позволяла. 

Поскольку Любина работа зависела от поступления вагонов, она могла по нескольку дней не появляться дома, оставляя восьмилетнюю дочку Тасю одну на хозяйстве.
Весь коридор пытался ей помогать и подкармливать, но заменить родную мать было непросто.

Ближе к смерти Сталина Люба привела в дом мужа по имени Антон.
Антон был невысокого роста невыразительный очкарик.
Но мужик он был положительный, и весь двор радовался за Любу.

В те годы поводов для веселья у населения было немного, а потому каждую субботу, вечером посреди коридора устанавливались столы, табуретки с досками между ними, выносилась из каждой квартиры нехитрая еда, какие-то вина и наливки (водки я никогда не видел).
После выпивки и закусок народ начинал петь советские песни из тех, что мы часто слышали по радио.
Люба никогда не подпевала.
Она сидела молча в сторонке и радовалась за общее веселье и хорошее настроение у людей, но сама как-то стеснялась радоваться со всеми.

Её Антон же напротив.
По жизни молчаливый и застенчивый, он, буквально после стакана вина, становился необычайно разговорчивым и приставучим.
Даже нахальным, если не подбирать более точных слов.

Когда за столом уставали петь, мой отец выносил патефон, который в коридоре был только у нас, и веселье продолжалось под немногочисленные мелодии и песни, которые были у отца на пластинках.

Где-то году в 53-м вышла кинокомедия «Свадьба с приданным», где было много замечательных песен.
Отцу привезли из Одессы пластинку, с этими песнями.
Когда доходила иголка до песни «На крылечке твоём, каждый вечер вдвоём…», Люба замирала, и ,казалось, для неё больше ничего не существовало на свете, кроме этой песни.
Слушать она могла её бесконечно, забывая обо всём.

Однажды, подвыпивший Антон, пытаясь привлечь её внимание, полез выключать патефон и, отталкивая жену, разбил пластинку вдребезги.
О том, чтобы купить её снова в магазине не могло быть и речи.

Люба молча встала из-за стола и ушла в свою комнату.
Антон продолжал выступать, как это  обычно у него случалось после выпивки.

Потом все увидели Любу, которая вынесла из комнаты Антона чемодан и отнесла его к самому выходу из коридора.
Больше Антона мы никогда не видели, а Люба стала ещё более замкнутой  и печальной.

А вскоре Люба с дочкой уехала жить в соседнюю деревню к родне.

Она плакала, прощаясь с соседями, но все понимали, что уезжает она ради дочери, чтобы та была, ближе к родственникам и под присмотром.

Мы часто вспоминали Любу, особенно, когда подходила зима и требовался уголь.

Однажды к нам на новом горбатом «Москвиче» приехал из Одессы мамин брат дядя Саша.
Дядя Саша провоевал всю войну, имел много наград и даже благодарственное письмо от самого Сталина.

Это был самый любимый наш родственник.

Они просидели за столом с папой весь вечер, а наутро уложили в багажник вещи и мы втроём поехали к Любе в деревню.

За два года, что мы не виделись, Люба  вышла замуж и была довольна своей жизнью.
Работала она дояркой в колхозе.

На столе появились мочёные красные помидоры, сметана в большой миске и большой каравай крестьянского хлеба.

После того, как Любин муж разлил по стопкам самогон, отец вышел к машине и занёс в дом наш патефон, который он привёз в подарок Любе.

Накрутив пружину, папа поставил иголку на пластинку, и на весь дом полилась Любина любимая мелодия  «На крылечке твоём…..»
Люба сидела и плакала от счастья, как она потом сказала.

Когда мы прощались, папа взял Любину руку, которую она всегда прятала под фартуком и поцеловал.
Рука была вся в шрамах и красных пятнах.
Не было половины ногтей.
Люба обнимала нас всех и говорила, что теперь она по-настоящему счастлива.

В машине мы ехали молча.
И только подъезжая к городу, папа повернулся ко мне и серьёзно сказал:
-Я хочу, чтобы ты понял, что на таких, как Люба, держится Земля.
А, если ты этого не поймёшь, то мы с мамой зря тебя растили.

Прошло, наверное, лет двадцать, когда к отцу в больницу приехала знаменитая на всю Украину доярка, депутат областного совета, кавалер ордена «Трудового Красного знамени» Любовь Савельевна Дорошенко.
Папа давно и тяжело болел.

Люба привезла ему из Москвы подарок, портативный магнитофон  «Легенда» которые тогда  появились в продаже.
Она включила его, и оттуда послышалась давно забытая песня «На крылечке твоём…»
Конечно же, все в палате знали эту песню, но появились уже другие хорошие песни, и о ней потихоньку стали забывать.
Но вот мелодия заполнила собой всё пространство и каждый, наверное, вспомнил, что-то своё из тех счастливых и тяжёлых послевоенных лет, которые каждый пережил по-своему.
И никто не стеснялся своих слёз.






http://stihi.ru/2014/06/27/1544