Возвращусь в октябре в сад потерянный,
где дурманил весенний дым,
дождь, сквозь мелкое сито просеянный,
так от майских гроз отличим!
Над ручьём, по горбатому мостику
приведёт тропинка к крыльцу,
почерневшими старыми досками
проходя, дверь в дом отворю…
Коридор долгожданным сторонником,
как когда – то ведёт к тебе,
лампа жёлтая на подоконнике
золотой чертой в полутьме…
У окна внучке кофту сплетаю,
сад и дождь у меня за окном,
вечер вымок, тебя ожидая…
не решилась продать этот дом!
Ты мой первый мужчина на свете
и ушёл, покорившись судьбе,
боль love story, как в киноленте,
закольцованным циклом во мне…
И росли не твои в доме дети,
вот и внучке четвёртый годок…
Ты звонил, умоляя о встрече –
запретила: «Забудь мой порог!»
Я пришёл, наваждением скованный,
как же часто видел во сне
этот сад, этот дом заколдованный,
лампы свет золотой в окне!
Время шло, но никак не стирало
сумасшедшую нашу весну,
я сама от верёвок устала…
не могу себе врать, не хочу!
Шаг навстречу…уймись, сердце глупое:
«Без тебя чуть всю жизнь не извёл!»
На пол шаль, встав – такая же юная:
«Я ждала… как же долго ты шёл!»
За обедом я вчера, просмотрев всю прессу,
Ясно поняла одно - врут нам повсеместно.
Врет нам СМИ, врут на ТиВи, с голубых экранов,
Врут чиновники, все врут людям, как ни странно.
Врут про Крым, врут про Донбасс, Львовщину и Харьков.
Это выгодно кому? И народ не жалко?
Крым возьмем! Твердят нам СМИ - всем Крымчанам крышка!
В Украине ж был сей Крым бедным, аки мышка.
А теперь там поднялось все и расцветает.
Экономика у них сильно подрастает!
Не хотят они назад, в сирую Украйну!
Пусть все СМИ нам говорят: "Будє їм не файно!"*
Там сейчас народ живет и не шьет заплаты.
Получает вовремя пенсии, зарплаты.
Я ж простой специалист и в родных пенатах
Я живу который год без своей зарплаты.
Не дает держава мне профильной работы,
Я уж года 22 с моря жду погоды!
Убежать бы хоть куда с Неньки - Украины,
Чтоб пожить как человек, а не как скотина!
Голубые дымы над заснувшей рекой,
По колено в воде, накренился мосток.
Вот и мне бы минутный недвижный покой,
Полной чашей глубокий тумана глоток.
Вот и мне бы чуть слышную радость шагов
И невольный испуг от обильной росы.
От плеснувшей рыбёшки дрожанье кругов
У прибрежной песчаной кривой полосы.
Шорох птицы ночной, треск в нависших кустах...
Не русалка ли игры свои завела?..
На высоком погосте мерцанье в крестах,
Огоньки от уставшего за день села.
Самодельной часовенки тёмный бочок,
Где на купол присела, как птица, звезда,
И ночной коростель расчехляет смычок,
И раздавшийся свист умножает вода.
Я судьбою привязана к этой земле,
Я душой как недвижная эта река,
Где темнеет часовня в сгустившейся мгле,
Где до срока сокрытое знают века.
Я от персти земли и от плеска воды.
Я уйду в эти листья, туман и зарю,
Научившись бессмертью у малой звезды,
Я селу и погосту свой свет подарю…
Вещей забытых царственный приют...
Ковер персидский на полу в гостиной,
Где сновиденья призрачно снуют,
Касаясь стен и мебели старинной.
Портрета рама выцвела слегка,
Истерлась и поблекла позолота.
Не мудрено, ведь времени века
Прошлись по ткани признанного лота.
Витраж стекла рассеивает свет,
Вертеп страстей под старым балдахином,
И, спрятанный в стенном шкафу, «скелет»
Покрылся пылью, пахнет стеарином
Зажженных и расплавленных свечей …
В оправе зеркало ручной работы
Лишь отражает сотни мелочей
И все еще надеется на что – то.
Когда - то перед ним текла река,
Меняя плавный ход глухих столетий,
Браслетом узким стянута рука
И след изящной ножки на паркете.
Печей уютно – изразцовых дым
Растает, словно рыцарей турниры.
Фамильный замок так неотделим
От времени секущей гильотины.
Бежим со мной воронить галок?
Чесать деревьями хребты!
Бежим, ну что ты киснешь, Алый?
Вставай уже, ну что же ты?
Бежим?
Луне налаем песен,
Пока хозяин крепко спит!
И мне одной не интересен
Ни моцион, ни аппетит.
Молчал мой Алый, загребая
Мохнатой лапой рыжий снег.
Он был раздавлен. У сарая
Скулила я.
Как человек...
Собака так преданна,
что даже не веришь в то,
что человек заслуживает такой любви... (с)
Я проживу
только
лет десять.
Но это время
я буду рядом –
если захочешь,
если позволишь
и
позовёшь,
не пожалеешь
каши и ласки.
Знай:
я могу
пастью своей
руку, схватившую
палку и плеть,
в фарш размозжить,
но никогда
и ни за что
этого я
себе не позволю.
Будь же и ты
так милосерден
и справедлив.
Я ведь рожден
быть тебе другом –
верным, бесстрашным,
и согревать,
и охранять
от неприятелей
явных-неявных,
зримых-незримых.
Даже когда
я окажусь
где-то за радугой,
где-то в беззвучии,
рядом с бессмертными,
я расскажу,
что на земле
ты –
самый лучший.
Если же боги
мне не поверят,
я превращусь
в страшного цербера
и никогда
и ни за что
в адскую бездну
тебя
не пущу…
города пухлые губы целуют до ссадин.
колени рельс выворачивает наоборот.
в каждом вагоне метро обнимает сзади,
чей-то беззвучно дрожащий от злобы рот.
я нахожу в карманах всю силу воли.
до десяти мне мало, считаю - сто... сто пятьдесят...
опрокинет в тоннели поезд
ржавые ребра выталкивая в поворот...
выбегу прочь из открытой консервной банки,
в улицы-руки брошусь, на всем ходу.
стержень надломлен, когда-то прямой осанки
так, что целую дороги, когда бегу.
города стоны смешались с моей утратой.
оба завыли, сквозь стянутый плотно рот...
я без тебя лягу выбитой в камне датой.
там, где теперь о вечном молчит народ.
я без тебя, человек! - сквозь очков осколки,
прямо в глаза отсыревшего города лгал.
город молчал... и меня сквозь гранитные чёлки,
каждую ночь в подворотнях своих встречал.
видишь... здесь каждая рана гниет под дождями,
в каждом вагоне метро разлагаются вслух.
я без тебя, человек... исхожу мелочами.
только немыми, оставшись одним из двух....
я без тебя, человек, девять жизней кончил,
каждое утро осколки свои собирал.
я без тебя, человек, девять жизней молча
эту, десятую, в бешенстве проклинал!
города сердце, как памятник высится в центре.
каждая улица вместе со мною скорбит...
нам без тебя только датами выбиться смерти
между людей, кто о вечном теперь молчит...
Мы так близки с тобой.
Для нас нет слова… врозь,
Хоть сотни лет перемещай планеты.
Ты станешь кораблем.
Я стану светом
Ночного маяка,
Направленного сквозь
Ночные небеса .
И этот странный мир,
Что уместится на твоей ладони.
И обнаруженный, вдруг,
Старый томик
Стихов,
Зачитанный давно до дыр.
И резкий свет в глаза
По встречному пути,
И резонанс в созвучии тоннеля
Шагов.
Моих.
Неделя за неделей
Спешащих со всех ног,
Чтобы тебя найти.
В той вязкой тишине,
Что точно примирит
Всех спорящих.
И в дне, что будет после.
И в таинстве
Не выдуманном вовсе
Возникнет силуэт,
Что так глаза слепит.
.......................................................
