"Любовь правильнее всего сравнить с горячкой: тяжесть и длительность и той, и другой нимало не зависит от нашей воли" /Франсуа де Ларошфуко/
Многое, что кажется забытым, часто улыбается нам весело, печально или иронично. И тогда уже не кажется удивительным, что человеческое сердце, пройдя жизненные испытания, улавливает свет в странностях и парадоксах любви. Есть люди, любящие ни во что не верить. Им доставляет особое удовольствие отрицать живую подлинность любви. Пройти через множество испытаний и прийти к настоящему чувству, как это ни странно, может далеко не каждый... И препятствия, как будто не очень тяжёлые, для таких людей могут стать непреодолимыми... Мало для любящего сердца услышать миллион раз Люблю - надо уметь поверить этому чувству и ответить с той же искренностью... и лежит между этим огромная пропасть, которую нужно заполнить чистейшей прозрачной водой - работой над своей душой... только так можно избежать разочарования... только так можно сделать свою душу неповторимой и увидеть неповторимую душу любимого человека… Язык чувств никогда не оставит человеческое сердце, если это язык чувств.
Микеланджело назвал "вратами рая" брови женщины, которую в старости любил возвышенной, платонической любовью.
Известный в XVIII веке немецкий поэт-романтик Готфрид Август Бюргер писал своей возлюбленной, с которой не мог соединиться… "Если бы я мог добыть тебя ценой того, чтобы без одежды, босому, через тернии, чертополох и репейник, по скалам, льду и снегу обойти всю землю, о, я сегодня ещё тронулся бы в путь, а потом, когда истекая кровью и с последней искоркой жизненной силы, пал бы в твои объятия, у твоей любвеобильной груди, вновь впитал бы сладострастие и свежую жизнь, - уверовал бы, что добыл тебя за бесценок."
Пока мужчину не оставят желания "обойти всю землю", чтобы "добыть" любимую, его эти строки не рассмешат. А когда они его рассмешат, он перестанет дышать воздухом признаний в пространстве Любви и дарить удивление, граничащее с самыми лучшими чувствами на земле… он перестанет быть самим собой.
Мы любим говорить о странностях любви, но можно ли считать странным, что Пенелопа двадцать лет ждала Одиссея?... Что Петрарка, видевший Лауру издали несколько раз в жизни, после её смерти думал только о том, чтобы умереть?.. Что рассудительный и совсем не старый Уольполь оплакивал сумасбродно любившую его восьмидесятичетырёхлетнюю мадам дю Дэффан?... И разве странно, что жёны декабристов с их высокими душами и не менее высоким пониманием долга пошли за мужьями в Сибирь, пожертвовав богатством и даже своими детьми?..
Понимание странного и нестранного зависит от личного выбора решения, для каждой эпохи свои нравы, своё мировоззрение. В эпоху Гомера женщины не ожидали мужей-путешественников, они покорялись настойчивости завидных женихов. Мы улыбаемся сочувственной улыбкой этим женщинам, как улыбаемся умному мужчине, угождающему пустой, бездушной женщине. Тогда, возможно, ощутив ироничное сочувствие к нему, пожалеем и Отелло, станем более мудрыми, чем он. И попробуем простить себя, если не испытаем восхищения Женщиной, когда она более, чем достойна восхищения.
Если человеческое сердце в одном человеке любит всё, к чему прикасалось в своих первых и последующих жизненных шагах, оно сосредоточит в этом человеке все чувства, которые испытывало ко всему, что дорого вокруг.
Став официально женихом Лизы Мюльгаузен, Тимофей Николаевич Грановский оставляет её на несколько недель.. Перед отъездом, в первых числах июня 1841 года, он пишет невесте:
"Я не могу покинуть Москву, не сказав тебе еще раз — до свидания. Это отвратительное слово — прощай. Я тебе так много раз говорил, что я тебя люблю, что мне совестно повторять это еще раз, и тем не менее я с удовольствием это делаю. Зачем? Неужто ты этого не знаешь, неужели уши твои не устали еще от монотонных повторений одной и той же фразы?
Добрая моя, умная моя, хорошая моя, дурочка моя — думай же обо мне.
И еще — пиши мне. Я тебе говорил, что каждое твое письмо будет добрым поступком, истинным благодеянием. Только не грусти. Не стоит грустить оттого, что негодяй, который терзает тебя любовью и скукой, уезжает на несколько недель. Но он очень любит тебя, этот негодяй. Прощай.
Я напишу тебе на другой же день, как приеду домой. Только несколько слов, тебе одной…"
~~~~~~~~~~~
Дидро - Софи Волан
10 июля 1757 года, вечером, он вошел в её дом, не застал её и написал:
"Пишу, не видя. Я пришел; хотел поцеловать у вас руку и удалиться. Придется, однако, удалиться без этой награды; но разве я уже не буду достаточно вознагражден, засвидетельствовав вам, как я вас люблю? Теперь 9 часов; я пишу вам, что люблю вас. По крайней мере, я хочу это написать, но не уверен — послушно ли мне перо. Не придете ли вы, чтобы я мог вам это сказать и исчезнуть? Прощайте, моя София, прощайте; ваше сердце, значит, не говорит вам, что я здесь? Первый раз я пишу в сумерках: это положение должно бы привести меня в очень нежное настроение. Но я чувствую лишь одно: я бы не ушел отсюда. Надежда увидеть вас удерживает меня здесь, и вот я продолжаю беседовать с вами, даже не зная, выходят ли у меня буквы! Повсюду, где их не будет, читайте, я вас люблю."
Это было первым письмом Дидро к Софи Волан… Потом в течение почти тридцати лет он написал ей еще пятьсот пятьдесят два письма.
Почему люди незаслуженно страдают, — обращается он к подруге, — вот один из тех вопросов, на который по сию пору не дано ответа. Странная вещь — жизнь, странная вещь — человек, странная вещь — любовь.
Когда-то, в самом начале любви к Софи, он пересказал ей в письме историю, услышанную от одного моряка:
"Была сильная буря, она повалила мачты и паруса, матросы изнемогали от усталости, корабль без руля был отдан на волю волн и ветра, который гнал его на рифы. Люди ожидали крушения, и тут один матрос нашел в трюме старый парус, истлевший, испещренный дырами; он натянул его, как мог, и тем самым спас корабль: потому что новые паруса под напором массы ветра рвутся, как бумага, этот же устоял в борьбе с ветром — потому что был дырявым — и повел корабль…"
Когда читаешь письма Дидро к Софи Волан, кажется, что достаёшь из трюма тот самый спасительный старый парус. А дыры в нём - раны в человеческом сердце.
Давайте на время побудем странными и непонятными… Ироничными, весёлыми, грустными, но обязательно любящими… Можно иронически написать о любви, а можно на полном серьёзе описать ту ситуацию, в которую попадает влюблённый человек.
Быть бы мне перстнем с печатью
на пальце твоем:
Ты бы меня берегла,
Как безделушку,
Из тех, что жизнь услаждают.
/"У реки" Поэзия Древнего Египта
в переводах Анны Ахматовой и Веры Потаповой/
-------
Ты кричишь, что я твой изувер,
и, от ненависти хорошея,
изгибаешь, как дерзкая зверь,
голубой позвоночник и шею.
Недостойную фразу твою
не стерплю, побледнею от вздору.
Но тебя я боготворю.
И тебе стать другой не позволю.
Эй, послушай! Покуда я жив,
жив покуда,
будет люд тебе в храмах служить,
на тебя молясь, на паскуду.
/А. Вознесенский "Художник и модель"/
-------
Ее глаза на звезды не похожи,
Нельзя уста кораллами назвать,
Не белоснежна плеч открытых кожа,
И черной проволокой вьется прядь.
С дамасской розой, алой или белой,
Нельзя сравнить оттенок этих щек.
А тело пахнет так, как пахнет тело,
Не как фиалки нежный лепесток.
Ты не найдешь в ней совершенных линий,
Особенного света на челе.
Не знаю я, как шествуют богини,
Но милая ступает по земле.
И все ж она уступит тем едва ли,
Кого в сравненьях пышных оболгали.
/В. Шекспир "Сонет 130"/
-------
Двадцать первое. Ночь. Понедельник.
Очертанья столицы во мгле.
Сочинил же какой-то бездельник,
Что бывает любовь на земле.
И от лености или со скуки
Все поверили, так и живут:
Ждут свиданий, боятся разлуки
И любовные песни поют.
Но иным открывается тайна,
И почиет на них тишина...
Я на это наткнулась случайно
И с тех пор все как будто больна.
/А. Ахматова/
-------
Опять лежишь в ночи, глаза открыв,
И старый спор сама с собой ведешь.
Ты говоришь:
- Не так уж он красив! -
А сердце отвечает:
- Ну и что ж!
Все не идет к тебе проклятый сон,
Все думаешь, где истина, где ложь...
Ты говоришь:
- Не так уж он умен! -
А сердце отвечает:
- Ну и что ж!
Тогда в тебе рождается испуг,
Все падает, все рушится вокруг.
И говоришь ты сердцу:
- Пропадешь!-
А сердце отвечает:
- Ну и что ж!
/Ю. Друнина "Любовь"/
-------
Я вас люблю, - хоть я бешусь,
Хоть это труд и стыд напрасный,
И в этой глупости несчастной
У ваших ног я признаюсь!
Мне не к лицу и не по летам...
Пора, пора мне быть умней!
Но узнаю по всем приметам
Болезнь любви в душе моей....
/А.С. Пушкин "Признание"/
-------
Петлей на шею луч накинь!
Сплетусь в палящем лете я!
Гремят на мне
наручники,
любви тысячелетия...
Погибнет все.
Сойдет на нет.
И тот,
кто жизнью движет,
последний луч
над тьмой планет
из солнц последних выжжет.
И только
боль моя
острей -
стою,
огнем обвит,
на несгорающем костре
немыслимой любви.
1. От одного Автора принимается только одно конкурсное и одно внеконкурсное стихотворение(по желанию). Лидер внеконкурсного стихотворения получает 200 баллов.
2. Заявка подаётся по форме:
– имя Автора (или псевдоним)
– название стихотворения в кавычках
– ссылка на оригинал
3. Победители определяются путём Голосования участников Конкурса и гостей Площадки.
4. Награждение:
1 место – 300 стихобаллов
2 место – 200 стихобаллов
3 место – 100 стихобаллов
Призовой фонд Конкурса составляет 2000 баллов. Если призёров больше одного, то баллы делятся поровну. Остальные 1400 баллов Ведущие Конкурса распределяют на своё усмотрение.
5. Участие в Конкурсе бесплатное.
6. Приём заявок производится с 20-го июня до набора не более 33 (тридцати трёх) заявок или до 4-го июля.
Любая помощь стихобаллами принимается с благодарностью.
Логин площадки – oycumena
После написания заявки не забудьте нажать зелёную кнопочку "понравилось", чтобы о Конкурсе знали как можно больше Авторов.
Ветряный май
Голову кружит и рвёт ожиданье…
Ветряный рай…,
Мысли приносят оттуда изгнанье.
Омут. Обвал.
Стены трещат, будоража устои.
Взлёт и провал.
Грех. Покаянье. Жрецы и герои.
Май – чародей
Машет рукой, приглашая в дорогу.
В мире идей
Ведомо всё вездесущему Богу…
Ветряный май
Кружит желанья в своей карусели.
Этот трамвай
В лето везёт из апрельской капели…
МОСКВА, 20 июн — РИА Новости. Компании, которые захотят вести игорный бизнес в Крыму, должны будут вложить в развитие игорной зоны на полуострове не менее 500 миллионов рублей, говорится в законопроекте "Об особой экономической зоне на территориях республики Крым и города федерального значения Севастополь". Документ, подготовленный Минэкономразвития, размещен на портале раскрытия информации госорганами.
Власти РФ весной приняли решение создать в Крыму особую экономическую зону, в том числе, разрешить на территории региона азартные игры.
"Юридические лица, государственная регистрация которых осуществлена в республике Крым, осуществившие инвестиции в форме капитальных вложений в игорной зоне не менее 500 миллионов рублей, имеют право вести деятельность по организации и проведению азартных игр", — говорится в законопроекте.
При этом деятельность по организации и проведению азартных игр может осуществляться исключительно организаторами азартных игр при соблюдении требований, предусмотренных настоящим федеральным законом, указывают разработчики.
В частности, управление игорной зоной в Крыму будет осуществляется органами управления особой экономической зоной, а разрешение на осуществление деятельности по организации и проведению азартных игр в игорной зоне — выдаваться уполномоченным органом.
МОСКВА, 20 июн — РИА Новости. Временно исполняющий обязанности губернатора Ростовской области Сергей Бондарев выступает за проработку вопроса о выплатах компенсаций местным жителям, которые приняли у себя беженцев с Украины.
"Прошу на своем уровне оказать компенсацию людям, которые приютили у себя беженцев", — сообщил он на заседании правкомиссии в МЧС России.
|
С июня из-за обострения ситуации на юго-востоке Украины сильно возрос поток беженцев в Россию, в частности в приграничную Ростовскую область. Ежесуточно в область въезжает около 10 тысяч граждан Украины, часть из которых остается в регионе, остальные следуют транзитом.
Как сообщает департамент ГО и ЧС региона, в 48 муниципальных образованиях принято и размещено 10770 человек, из них 4159 детей. В пунктах временного размещения находятся 2788 человек, остальные — у родственников и в семьях жителей области. Режим чрезвычайной ситуации действует на территории 23 муниципальных образований Ростовской области, МЧС разворачивает дополнительные пункты распределения беженцев.
Развитие событий на Украине, в ДНР и Луганской республике: последняя информация, фото и видео с места, реакция и комментарии —
"Вспоминай обо мне с улыбкой, потому что только так я вспоминаю Марсель. Если ты думаешь обо мне только со слезами, тогда вообще обо мне не думай." — Надпись на пирсе.
У ветра в Марселе характер, как у тебя.
Он нежен. Он широкодушен. Он дружен с прибоем.
Но если разбужен в нём зверь — а бывает такое —
держись, подоконник, за глиняные горшки,
держись, что есть силы.
У ветра в Марселе твоя манера спешить.
И подгонять. И нагонять тревогу.
Он так, как и ты, обожает дорогу, гордо
сметая того, кто встал на его пути,
кто вздумал ругаться.
У ветра в Марселе твоя манера прощаться.
И исчезать внезапно, и возвращаться.
И целоваться — у города на глазах,
и провялятся нарывами на губах,
и оставаться.
Он любит кружиться у моего огня:
он то раздувает, то задувает меня.
МОСКВА, 20 июн — РИА Новости. Защита основателя скандального сайта WikiLeaks Джулиана Ассанжа попытается оспорить предъявленные ему Швецией обвинения, что станет переломным моментом в этом "абсурдном скандале", заявил в пятницу представитель WikiLeaks Кристин Храфнсон.
"Это будет переломный момент в этом абсурдном скандале", — полагает Храфнсон. В интервью телеканалу RT он выразил надежду, что попытка команды Ассанжа увенчается успехом. По словам Храфнсона, ситуация становится "постыдной" для Швеции. Он отметил, что в суд они планируют обратиться во вторник, 24 июня, однако подробности раскрыть пока отказался.
Ранее адвокат Ассанжа Дженнифер Робинсон сообщила, что его защита обратится в суд на следующей неделе, чтобы оспорить предъявленные ему обвинения в преступлениях сексуального характера.
Британский суд постановил экстрадицию Ассанжа в Швецию, власти которой обвиняют его в преступлениях сексуального характера. Сам основатель WikiLeaks опасается, что его передадут властям США, где ему может грозить смертная казнь. Поэтому он требует от британских властей предоставить ему возможность беспрепятственно покинуть посольство Эквадора, где он находится уже два года.
Публикация на портале "Российский писатель"
15.06.14 г.
http://www.rospisatel.ru/demchenko-o.htm
Олег Леонтьевич Демченко
Олег Леонтьевич Демченко родился в 1953 году в с. Самашки Грозненской области. Окончил Литературный институт им А.М. Горького. Автор семи поэтических книг. Подборки стихов публиковал в журналах «Наш современник», «Молодая гвардия», «Сельская жизнь», в еженедельнике «Литературная Россия», в альманахе «Поэзия» и во многих других отечественных и зарубежных изданиях. Перевёл и издал отдельной книгой сонеты У. Шекспира (М., ЛитераМ, 2012 ).Член Союза писателей и Союза журналистов России. Живет в Москве.
НЕ УБИВАЙТЕ НАС, ПОЖАЛУЙСТА!
Из цикла «Чёрный дым Украины»
Куда бежать, кому пожаловаться?
И в телекамеру навзрыд:
«Не убивайте нас, пожалуйста!» -
Одна из беженок кричит.
Её не слышат те, которые
Убийц направили… И вот
Идёт зачистка территории –
Уничтожается народ.
Объявлены сепаратистами
Детишки, бабы, старики.
Снарядами артиллеристскими
Их быт разорван на куски!
А сверху режет авиация!
Проинструктирован пилот:
Плевать ему, какая нация –
Хоть мать родная! –
там живёт!
Все действия его проплачены,
И он не видит с высоты,
Как там, внизу, девчонка плачет,
Как просит раненый воды.
И те, что выше, кровожадные,
В упор не видят свой народ –
На церемонии парадные
Спешат – им США ЦУ даёт.
…Земля охвачена пожарами,
Посёлок взрывами изрыт…
«Не убивайте нас, пожалуйста!» -
Напрасно женщина кричит.
* * *
В продажном Киеве хрипят политики
И жадно требуют кровопролития.
И начинается война уродов
И мерзких выродков с родным народом.
На танках катится лжедемократия,
Стреляют в женщин, в детей каратели,
И безоружных сжигают заживо,
И пламя мечется, как встарь, - оранжево,
И дым колышется гигантским трауром,
и кровь струится по тротуарам.
Бомбёжки, беженцы…
О, Украина,
Ужели снова ты лежишь в руинах,
И вурдалаки спешат упиться
Славянской кровью братоубийства?
Над мамой, взрывом из жизни вырванной,
Перед могилой недавно вырытой
Кричит ребёнок в слезах и копоти.
А в Раде весело убийствам хлопают.
БРАТОУБИЙСТВО
Сотни лет кровь славянская льется,
и, взойдя на былинный бугор,
хан поганый и сытый смеется,
поощряя безбожный раздор.
И в разгар наших междоусобиц,
превращая поля в пустыри,
к непонятным делам приспособясь,
богатеют средь нас упыри.
И глазами Бориса и Глеба
в каждый братоубийственный час
из бездонного синего неба
смотрят древние предки на нас.
ЧЁРНЫЙ ДЫМ
1.
Хохочет на горе шайтан:
Славяне вышли на майдан,
Покрышки жгут, кричат в чаду –
Столица древняя в аду.
Слетел на Киев-град дракон,
Чтоб сжечь порядок и закон.
Огонь ползёт свиваясь в жгут –
Тараса Бульбу ляхи жгут.
Славяне! Ваша ль здесь гроза?
Несите к людям образа!
Когда идёт на брата брат,
Сам сатана безбожно рад.
Когда мы врозь – нам к смерти шаг,
Когда мы вместе – гибнет враг.
Где Святослав, где князь Олег?
Течёт кровь русская на снег,
Течёт, который век течёт…
По хатам свищет, рыщет чёрт.
Не чёрный застит дым окно –
Над Украиной флаг Махно.
2.
И вот шумит Верховна Рада,
А в ней сидят исчадья ада,
Продавши совесть, честь и души.
У них торчат по-волчьи уши:
Без мочек, в стороны торчком.-
Ни дать, ни взять – родной ревком.
Шуми, шуми Верховна Рада –
Ума тебе не много надо,
Чтоб русский памятник свалить
Иль православный храм спалить,
Иль кровь славян опять пролить.
Гуторьте на родимой мове –
Приедут – ждите! - к вам панове
И привезут вам шекеля.
О, где ты, Русская Земля!
Ужели скрылась за холмом?
Сверкает в тучах тёмных гром…
3.
Когда ж разверзся чёрный дым,
То мы увидели,
что Крым
С российским флагом!..
Но волки рыщут по оврагам,
По всем яругам Украины
Щетинят злобно волки спины.
Иль то в их облике чинуши -
У них торчат по-волчьи уши…
Завыли, позабыв о мове
И жадно жаждут жаркой крови,
И жаждут крови не овечьей,
Славянской, крови, человечьей.
И шепчет им Барак Обама:
«Всё будет, братцы, без обмана!»
Уплачено. Не спорьте с ним…
А, может, это чёрный дым?
ЮЛЬКИН БУБЛИК
Юлька «бублик» на голову -
И айда на майдан!
Мужика свалит голого,
Чтоб прорваться к верхам!
Говорит, москаляки
Виноваты во всём,
Вздрючим их на голяки,
Гарно мы заживём.
Эта баба орущая,
Так её евромать,
Из ракеты-оружия
Рвётся нас расстрелять!
Эту дочь армянина
Разбирает разбой -
Словно смерть Украины,
Приведенье с косой.
Бабки губы развесили,
Лижут Юлькин портрет.
Хлопцы хлопают весело...
А страны-то уж нет.
Крым давно промайданен,
Промайданен и газ,
Зарубежные мани
Промайданят сейчас.
Украина-республика,
Не погасни в толпе -
Юлька дырку от бублика
Обещает тебе.
Украина свободная,
Братский мудрый народ,
Верю сила народная
Проходимцев сметёт!
РУБЕЖИ
На выход посмертного сборника стихов
А. С. Зайца («Вся жизнь», М.,2004)
Вот поэт -
Анатолий Семенович Заяц.
В этой книге стихов
слышен плач окарины.
Он в последние дни,
смертной мукой терзаясь,
дотянуться хотел
до родной Украины.
А страна, как и он, -
вся синела рубцами!
Все под нож -
от столицы
до дальней станицы!
От Курил до Карпат
пролегли между нами,
как надрезы по телу,
больные границы.
Рубежи, рубежи -
незажившие раны.
Зашумело враждою
славянское поле,
и ударило горе
в перекрестие рамы,
и душа содрогнулась от боли.
Один режет поэта,
другой - государство, -
все ножом по живому, все больно...
Анатолий Семеныч,
Вам небесное царство,
на земле Вы всего натерпелись.
Довольно!
Как живется теперь Вам
в заоблачной куще?
Что останется нам
от былой Украины
в этой жизни болезненной,
быстротекущей?
Неужель ваши вирши
да плач окарины?
2004
СВЯТЫНИ
Когда народ плюет в свои святыни,
прольется горе горькою рекой:
нагрянет мор,
и закрома пустые
откроет смерть костлявою рукой.
И на страну слетятся иноверцы
со всех сторон, как стаи воронья,
и, с болью вздрогнув,
оборвется сердце
от наглых криков, подлого вранья.
Чтобы не жить
среди руин в пустыне,
чтобы друг друга нам не убивать,
не отвергайте отчие святыни:
другим, -
поверьте, -
больше не бывать!
КОХАНА
Стало слышно в потёмках далёкий ручей.
Всё весеннею силой наволгло…
От столичного шума, от подлых речей
отдохнуть я приехал сюда ненадолго.
Твоя хата тут с краю, и ты молода, -
как вот эта весна, засветилась невестой.
То ли вишня цветёт, то ли это фата,
то ль качнулась в окошке твоем занавеска.
Выходи в переулок, кохана моя, -
я тебе подарю черевички!..
Украина!.. До боли родные края!
Позабытые Богом кулички.
То, что было нам близко, теперь далеко.
Но пока делят Крым, делят Раду,
сад сбежал, как на кухне твоей молоко,
белой пеной в овраг сквозь ограду.
Соловейко запел где-то возле ручья.
Как свежа гроздь сирени тугая!
Выходи за калитку, кохана моя!
Что делить нам с тобой, дорогая?
СТАРЫЙ ДОМ
Слегка подрагивает дом,
когда проходит поезд.
Писатель в старом доме том
слагал о прошлом повесть.
Жужжит оконное стекло,
в шкафу звенит посуда.
А в доме тихо и тепло –
везде следы уюта.
Но подступает к сердцу мрак
и тишь из переулка,
едва затихнет товарняк
в ночи, сырой и гулкой.
В сознанье плавают стихи,
как рыбы в тесной верше,
и различаются шаги
людей, давно умерших.
Нет в старом доме никого,-
покой стоит в нем ровно…
И слышно, как скрипят его
под грузом лет сухие бревна.
Здесь явь загадочней, чем сны,
и веет Русью древней,
и звездной россыпью полны
за рамами деревья.
В ТЁМНОМ ХРАМЕ
Вечерами в тёмном храме
загорается свеча
и горит в разбитой раме,
перед бездной трепеща.
На горе стоит высокой
позабытый древний храм -
отдалённый, одинокий,
недоступный больше нам.
Заросла к нему дорога.
Кто ж в него опять зашел
и опять во имя Бога
в темноте свечу зажёг?
Или ангел то незримый
искру выронил, спеша,
или чья-то тень из Рима -
многогрешная душа?
В рваной кровле над горами
долго ветер будет выть,
но свечи святое пламя
он не в силах погасить.
Значит, всё же есть спасенье,
воскресенья чудеса?
Из пустого храма пенье
улетает в небеса.
* * *
(Икос 12)
Христос, ты цвет благоуханный –
Овей мне душу ароматом,
Ты весь - тепло любви желанной, –
Согрей меня лучистым взглядом.
Христос, ты камень драгоценный –
Блесни животворящим светом,
Ты солнце правды вдохновенной –
Сияй врагам прямым ответом.
Ты свет святой, ты свет воскресный –
Простри над бездной луч спасенья,
От всех грехов, от всех болезней
Пошли скорее избавленье.
Христос, ты чудный храм надежды –
Впусти меня под вечны своды,
Даруй мне белые одежды –
Укрой от зла и непогоды.
Приди ко мне Христос-Спаситель,
Исполни благодатной силой,
От вечных мук неугасимых
Спаси, Сын Божий, и помилуй.
ДИАЛОГ НА МАЙДАНЕ
- А есть ли в Европе галушки,
А сало солённое есть?
- К обеду там только лягушки.
- Тады туды не хрен нам лезть!
- А гарны ль в Европе дивчины,
Окажут ли нам они честь?
- Мужчин там кохают мужчины.
- Тады туды не хрен нам лезть!
- А много ли газу в Европе
Мы сможем себе приобресть?
- Не больше, чем в Манькиной ж…….
- Тады туды не хрен нам лезть!
СТАЛИНГРАДСКАЯ МЕТЕЛЬ
(Рассказ фронтовика)
1.
Ревел мотор, полуторка дрожала.
Навстречу мёл зловещий снегопад.
Снегам конца не видно и начала –
Как отыскать дорогу в Сталинград?
Повсюду степь. На ощупь фары рыщут –
Среди снегов пытаются найти
Хоть колесо, хоть старое кладбище –
Какие-нибудь признаки пути.
Да где там! Всюду степь немая,
Повсюду мёртвый безответный снег…
А что вдали торчит, напоминая
Ряд придорожных странноватых вех?
Буран замёл следы дороги чисто,
Но мы туда рванули наугад,
А там… обледеневшие фашисты
Вдоль трассы всей навытяжку стоят.
Проедешь метров сто - и снова немец
Стоит в снегу по пояс, неживой…
Стрелял в солдат, насиловал он пленниц
Вот этот столб застывший верстовой.
Но, в плен попав, погиб он не от пули,
А от мороза одеревенел.
Его проезжие в сугроб воткнули
Заместо вехи – в том его удел.
Здесь гнали пленных, и они, как мухи,
Едва живые пО снегу ползли…
Толкали в спину вьюги-заварухи
Больных завоевателей земли.
Валились фрицы пленные в сугробы..
Немые немцы … Мертвецов парад…
Мела метель – уже без всякой злобы …
К живым мы пробирались в Сталинград.
2.
Метель - по всей России!..
Эк, намело - по грудь!
Снега летят косые
и некуда свернуть.
Гляди, собьются кони-
задаром сгинешь вдруг....
Как при Наполеоне,
снега свистят вокруг.
Снега летят, как стрелы,
как сонм стрибожьих стрел!
И ружья поржавели,
и порох отсырел!
Нет прежнего задора,
фанфар померкла медь.
Морозец гренадеров
дерет, как злой медведь.
До Франции едва ли
своей они дойдут -
сугробы их завалят,
их волки загрызут.
Их с честью не схоронят,
не примут небеса -
голодные вороны
им выклюют глаза!
А вслед за ними фрицы
разрозненной гурьбой
бредут, понурив лица,
дорогой древней той.
По всей Руси останки
разбросаны врагов.
Примерзли насмерть танки
среди немых снегов.
ВОЙНА МЕРТВЕЦОВ
Над нашим народом взлетели тарифы -
Кружат, как в степи двухголовые грифы.
И галочки Коха, Бурбулиса, Грефа
Слетают с отчётов, как чёрные трефы -
В руках шулеров, проходимцев, воров
Они превращаются в стаи ворон,
И мчатся ордою на пир похорон.
И крестятся бабки: «Господь, нас спаси!».
И стрелы летят к нам из древней Руси, -
Незримые, насквозь незваных пронзают,
А те, что их смерть просквозила, не знают…
Рулеткою над разорённой империей
Кружатся, роняя чугунные перья.
Но мы уж не слышим тяжёлые взрывы,
И сами никак не поверим, что живы,
Ведь сделали всё, чтоб мы больше не жили:
Разъяли страну и народ отравили,
И каждой семье в самой дальней сторонке
Приносят счета, как с войны похоронки.
ОТЕЦ
Отец согнулся - шуршит, строгает,
ворчит устало - судьбу ругает.
А то забудется,
поет чуть слышно
у верстака,
под белой вишней;
отложит в сторону свои рубанки,
достанет гвозди из ржавой банки,
брусок обструганный
с бруском сбивает
и за работой
все забывает...
Весенний ветер сирень колышет.
смеется батя, мол, всё бывает.
А в волосах его
снежок колымский
который год никак не тает..
* * *
Умер фронтовик в своей квартире
с холоду и голоду... Примерз
к полу... Вот такие вот картины,
вот такой диагноз и прогноз.
Все у нас давно поотбирали,
скоро будут воздух продавать!
Ветерана ломом отдирали,-
это легче, чем отогревать.
А метель мела на всю катушку.
нету сил в телеэкран смотреть:
шепелявит в микрофон старушка,
что надежда только лишь на смерть,
что в войну намного было легче,
что тогда не мерзла так страна...
Как ей объяснить, что нам на плечи
навалилась новая война?
Фронт незрим и мерзкий враг невидим,
мрет народ спокойно, без стрельбы.
Кажется, зимой, куда ни выйдешь, -
не сугробы всюду, а гробы.
Голосуйте, голосуйте, люди,
верьте в лохотроны и успех,
только не забудьте, как в Усть-Куте*
умер этот русский человек.
________
* Город в Иркутской области, где в 2003 г. произошел этот случай.
ПИСЬМО ВЕТЕРАНА
«Товарищ Сталин, если бы вы видели,
что сделали с великою страной
враги народа и вредители!
Такое даже не сравнить с войной!
Отторгнута треть лучшей территории,
в Манхэттен превращается Москва,
про нас во все учебники истории
змеиным ядом вписаны слова.
Как после атомной бомбардировки,
промышленности сектор опустел,
и человек в промасленной спецовке
остался нынче как бы не у дел.
Сейчас в чести воры и спекулянты,
предатели теперь на высоте:
они все - расфуфыренные франты,
а мы живем в грязи и нищете.
Товарищ Сталин, нас осталось мало,
но прикажите - и нам хватит сил!
Отряхивая землю, генералы
на бой последний встанут из могил!»
Так ветеран писал…
Куда же это
письмо отправить? Некому служить.
И приказал он, не вскрывать конверта
и в гроб его с ним вместе положить
РУССКАЯ ЯБЛОНЯ
Степь повсюду голая
И на сотни вёрст
Лишь один бурьянище
В человечий рост.
Ни села, ни хутора
Не видать окрест,
Ну откуда яблоня
Среди этих мест?
Старая, горбатая,
Чёрные сучки, -
Одичало дерево
И плоды горьки.
Следопыты шустрые
Объяснили мне:
«Кто-то похоронен здесь
в спешке на войне».
Засверкали заступы,
Кирки, топоры.
Кто прикопан наспех
Был тут до поры?
Оказалось – немец…
Шёл он без дорог
С надписью на медной
Бляхе: «С нами Бог!»
Шёл в рогатой каске
С верою в блицкриг.
Не услышал сам он
Свой предсмертный крик.
Вот держу я череп
С пулевой дырой.
Что же ты оскалился,
Доблестный герой?
Для отваги шнапса
С фляжки пригубил
И попутно яблоком
Русским закусил.
Знать, со зрелым семечком
Проглотил куски,
Из него и выросло
Дерево тоски.
Посреди Европы
Надо, может быть,
Яблоню на память
Эту посадить.
Чтоб сказали, вспомнив
Скорбные деньки:
«Яблоки раздора
до смерти горьки!»
ВОРОНЫЕ
Се – последние кони!
Юрий Кузнцов
Всюду подлость, согбенные выи,
вновь предательство стало с руки -
за развал, за разврат не впервые
на княженье дают ярлыки.
Словно клички в тюрьме воровские
имена инородных господ.
«Эх вы кони мои вороные», -
ветеран в переходе поёт.
На груди у него две медали -
за отвагу, за город Берлин…
Вороные давно ускакали -
не морочь ты меня, гражданин.
Вороные давно уже сдохли,
Мерседесы не вытащат Русь,
ну а я к буржуинам в оглобли
запрягаться уже не берусь.
Не терзай меня аккордеоном!
Смолк старик…
А вокруг всё равно
вороные летят эскадроном,
словно в кадрах немого кино…
КУЛЬТ СМЕРТИ
Культ смерти в стране процветает. –
Кладбище, гробы в новостях,
И запах тлетворный витает –
Здесь всё на крови, на костях.
Приспущены в трауре флаги,
И пресса – что стая ворон! –
Опять налетает в отваге
На дьявольский пир похорон.
Процессия… Гроб крупным планом…
Вот речь президент говорит
Над «Курском», потом над Бесланом…
Конца, видно, этому нет!
«Булгария», «Лошадь хромая» …
В стране за бедою беда!
Круша на пути всё, сметая,
На Крымск покатилась вода!
А телеканалы до рвоты
Вещают – до горестных слёз,
Как бьются в стране самолёты,
Летят поезда под откос…
Пылают деревни и склады…
Текут триллионы с казны,
Но всюду сидят казнокрады,
«Козлов» подпирают «козлы».
И слышится голос утробный
Откуда-то из-под земли:
«Подобное станет подобным –
вы смерть над страной возвели.
Когда-то был культ человека,
Здоровья, труда и семьи,
А ныне в стране – культ калеки,
Культ смерти, насилья, тюрьмы.
Взрываются ваши жилища,
Сужается жертвенный круг,
И Кремль превратился в кладбище –
Могилы, могилы вокруг»…
* * *
Над разорённою Россией ржет «Аншлаг»,
ржут мужики, напялив бабьи юбки,
и власовский вознесся флаг
над нами... Видно, тоже - ради шутки.
Заткнешь себя руками, чтобы срам
не видеть и не слышать больше,
и думаешь: «Доколе нам,
доколе нам терпеть все это, Боже?»
Средь нищеты поёт, пирует тварь –
в том механизме черт завел пружины.
Но ты очнись - и в колокол ударь
и разбуди победные дружины!
И в шлемах - наподобие ракет,
полки восстанут, и, врагов смятенных
повергнув в ужас, полыхнет рассвет
над Русью грозной от щитов червленых.
Сверкнув штыками, под Бородино
поднимутся убитые солдаты,
и оборвется подлое кино
и смеха идиотского раскаты.
На полуслове смолкнет депутат
проплаченный, прокрученный, проклятый…
И во весь рост поднимется сержант,
как в сорок первом, и пойдет с гранатой.
И грянет неподкупный, грозный суд!
За чемоданы схватятся «семейства»,
но их уже ни банки не спасут,
ни бункеры…
Ну, что ж вы?
Смейтесь!
НАШЕСТВИЕ
Будто бы нашествие Мамая
прут они – несметная орда:
вековой уклад Руси ломая,
мирно занимают города.
Перепродают, перекупая,
сыто ухмыляются в усы…
Правосудье – статуя слепая –
тянет на их торг свои весы.
Чаша – как настроенная мина…
Взвешивай!.. Нет силы больше ждать!..
Кто-то за два грамма героина
полстраны готов уже продать!
В КРУГОВОРОТЕ
"...бес нас водит, видно,
Да кружит по сторонам"
А.С. Пушкин
Во тьму кромешную - вперед
Состав по стыкам полетел.
Грохочет мусоропровод –
московский метрополитен.
Мы под землёю в царстве тьмы!
Вот крУги ада, человек,
где круговой порукой мы
друг с другом скованы навек!
И кто мне голову вскружил,
какой идеей, боже мой?
В каком я веке страшном жил,
как возвратиться мне домой?
Нам словоблудья не избыть,
мы в центрифуге лет и зим
не можем прямо говорить –
вокруг да около мудрим.
Кружит нас бешено метро,
и мысли кружатся хулой,
нам скоро вывернет нутро
круговращенье под землёй.
И наверху лицом к лицу
(держись за поручни, а то...)
нас автотрасса по кольцу
вращает день и ночь в авто.
Летит, вращается Земля
и звёзды - кругом голова!
Аптека, улица, семья.
Санкт-Петербург, Нью-Йорк, Москва.
Порви скорей порочный круг,
круг наших "завтра" и "вчера",
попробуй вырваться из рук
невидимого гончара.
И я хотел бы напрямик,
и я хотел бы напролом,
но не могу, но не привык
с размаху в стену биться лбом.
Свистят секунды и века,
проходят миллиарды лет.
О, центробежная тоска,
ужель тебе исхода нет?
* * *
Посыпал снег -
легко и густо,
и всю окрестность замело!
Ещё вчера мне
было грустно,
а нынче - тихо и светло.
Как будто я обратно молод,
как будто Бог, прочтя стихи,
за чистый ландышевый холод,
простил мне прошлые грехи.
А снег летит, летит в ладони
и от мороза так тепло!
И чувство в сердце молодое –
что делать? – снова расцвело
* * *
Снег валит - деревни не видать,
не найти тропинок поутру!
Буду здесь, тоскуя, зимовать,
как журавль, прикованный к ведру.
Буду чувства чистые таскать
из глубоких недр души своей.
Отпусти меня, моя тоска,
догонять высоких журавлей!
Все бело. Полей печален вид.
Разгулялась сельская метель.
Кандалами целый день гремит
над колодцем старый журавель.
Но когда он закурлычет вдруг,
и, расплескивая воду из бадьи,
в небеса рванется из-под рук, -
сердце обрывается в груди!
РОЖДЕСТВО
Я сегодня пленен тишиной.
Снегом ветки берез перегружены,
А снежинки летят и летят надо мной
И плетут свое легкое кружево.
Все в снегу – старый кремль, монастырь…
Ой, зима, ты совсем не суровая!
Как веселый румяный снегирь,
По бульвару шагает суворовец.
Снег летит и летит в тишине,
снег летит осторожно, торжественно…
И трамвай, и огни, и герань на окне -
Все мне кажется сказкой рождественской.
СНЕГИРЬ
До свиданья, снегирь. Вот и кончились сроки
снеговой канители, морозной мороки.
Открывает просторы великие солнце.
Прилетел ты проститься ко мне под оконце.
Как мы славно с тобою, снегирь, зимовали!
Были хлебные крошки –
всей гурьбой пировали!
Я чуть свет поднимался на твой свист удалой.
Ты скакал по сугробам, как солдат молодой!
И навстречу друзья твои, малые птахи, -
нараспашку летят - в русской красной рубахе!
А метель как завоет по выстывшим трубам!
Мол, сейчас я озноба поддам жизнелюбам!
Ну и что? Мы от родины не отреклись,
только крепче характером добрым сошлись.
Мы в беде научились беду забывать.
Было весело нам у окна горевать!
