Засунув в чугунные рёбра тепла
Свои ледяные от холода ноги,
Я жду, чтоб внутри без труда потекла
Кровь в тысячу труб по известной дороге.
И скажут "маститые авторы", что
Здесь бред и безумие сивой кобылы,
Которой примерить хотели пальто,
Пошитое в пору осеннего быта.
Я весь изведусь, окунувшись в печаль
Пожухлую, точно трава луговая.
Им вовсе моих строк открытых не жаль -
Сожгут и развеют прах горький по миру.
И смертный я буду стоять у двери
Квартиры Санаева, чтобы он тихо
Меня схоронил под кроватью в пыли
За плинтусом старым - не буду я видеть,
Как пепел, летя над землёй по прямой,
Свершит предпоследнюю сущность полётом,
И ляжет на плечи, как перхоть весной,
Идущих по скверам в субботнее время.
Они изумлённые пепельным днём,
С плеч стряхивать будут на снег и так грязный,
Но ветром подхваченный стрях кувырком
Прощемится в ноздри, а в лёгкие дымом.
И тут зачихают стихами они.
Лекарства не будет от этой заразы.
Кордоны поставят вокруг и огни
Зажгут по периметру грозно и сразу.
Проникнув под кожу, тепло растеклось
Сто тысячным зудом, в мой мозг погружая,
Небесную радость, что сдвинет на ось
Земную кусочек далёкого рая.
Просмотров 
Другие новости по теме:
 Юра Шохетас Шохат - Недопонимание |  Катюша Кабанец - Я похоже влюбилась... |  Андрей Пилинога - Давай мы не будем... |  Натали Харитонова - Мое уставшее счастье |  Александр Феоктистов - есть легкие стихи.. |  Валерий Пивоваров 2 - В апельсиновом цвете... |
