Когда мы уйдем по оттаявшей прели, по тонким лужам, по спинам камней, под улюлюканье менестрелей, под звон сверкающего апреля, не поворачивайся ко мне. Я выдам себя с головы до ног, пожалуйста, лучше следи за дорогой, пока не увидишь холма позвонок. У нас позади отсыревший острог и смех удивленного Бога. Когда мы уйдем, мы не будем бояться ни ярости грома, ни влаги полей, но крепко сплетаются теплые пальцы, но ткань зажимают округлые пяльца, но тлеют дворцы королей. А мы уходили с тобою как будто веками в цветущую блажь. Неслышно спадают ослабшие путы, весенний рисунок смешон и запутан, в руке задрожал карандаш, рассыпался грифельным крошевом. Смахни, не печалься, забудь. Чего мы оставим хорошего? Две тени неясно отброшенных, но в этом ли память и суть? Когда мы уйдем, мы не станем кичиться, что вот, мол, решились, смогли. И солнце зажжет посветлевшие лица. Я вижу, какая-то смелая птица встречает в порту корабли. Но мы то ушли в синеву, в закулисье, где капает с веток смола, мы учим повадки кошачьи и лисьи, и видно в прорехи качнувшихся листьев тебя и меня. Ты велик. Я мала.
Просмотров 
