уснул поэт, висит у изголовья
венок чесночный: графоман не спит,
на свет летит бумажной белой молью,
чернильный след, магический магнит,
его влечёт на карандашных крыльях,
чу, слышите? уже скрипит графит!
всё сгинет утром офисною пылью,
проснись! проснись, рассеянный пиит!
спустилась тень от незакрытой рамы,
что мама мыла; сладкий алфавит
потёк в листах, облизывая шрамы,
строкой разбужен адский аппетит:
ползёт абзац, вгрызается рубанком,
бегут ручьи размазанных палитр,
надет сюртук поэта наизнанку
на плечи злу, пока свеча горит…
пропал пиит, изнеможённый делом,
насытил тварь, порубленную в стол,
«сильнее чеснока бездарный демон»
терзает червь, из ножки точит кол,
вонзить в себя он призывает музу,
порвать и сжечь заразную тетрадь,
но обречён: порочно тянет узы
нагая ночь и манит написать
Просмотров 
